admin / 26.10.2019

Ехали медведи

Часть первая

Ехали медведи
На велосипеде.

А за ними кот
Задом наперёд.

А за ним комарики
На воздушном шарике.

А за ними раки
На хромой собаке.

Волки на кобыле.
Львы в автомобиле.

Зайчики
В трамвайчике.

Жаба на метле… Едут и смеются,
Пряники жуют.

Вдруг из подворотни
Страшный великан,
Рыжий и усатый
Та-ра-кан!
Таракан, Таракан, Тараканище!

Он рычит, и кричит,
И усами шевелит:
«Погодите, не спешите,
Я вас мигом проглочу!
Проглочу, проглочу, не помилую».

Звери задрожали,
В обморок упали.

Волки от испуга
Скушали друг друга.

Бедный крокодил
Жабу проглотил.

А слониха, вся дрожа,
Так и села на ежа.

Только раки-забияки
Не боятся бою-драки:
Хоть и пятятся назад,
Но усами шевелят
И кричат великану усатому:

«Не кричи и не рычи,
Мы и сами усачи,
Можем мы и сами
Шевелить усами!»
И назад ещё дальше попятились.

И сказал Гиппопотам
Крокодилам и китам:

«Кто злодея не боится
И с чудовищем сразится,
Я тому богатырю
Двух лягушек подарю
И еловую шишку пожалую!»

«Не боимся мы его,
Великана твоего:
Мы зубами,
Мы клыками,
Мы копытами его!»

И весёлою гурьбой
Звери кинулися в бой.

Но, увидев усача
(Ай-ай-ай!),
Звери дали стрекача
(Ай-ай-ай!).

По лесам, по полям разбежалися:
Тараканьих усов испугалися.

И вскричал Гиппопотам:
«Что за стыд, что за срам!
Эй, быки и носороги,
Выходите из берлоги
И врага
На рога
Поднимите-ка!»

Но быки и носороги
Отвечают из берлоги:
«Мы врага бы
На рога бы.
Только шкура дорога,
И рога нынче тоже
не дёшевы»,

И сидят и дрожат
Под кусточками,
За болотными прячутся
Кочками.

Крокодилы в крапиву
Забилися,
И в канаве слоны
Схоронилися.

Только и слышно,
Как зубы стучат,
Только и видно,
Как уши дрожат.

А лихие обезьяны
Подхватили чемоданы
И скорее со всех ног
Наутек. И акула Увильнула,
Только хвостиком махнула.

А за нею каракатица —
Так и пятится,
Так и катится.

Часть вторая

Вот и стал Таракан
победителем,
И лесов и полей повелителем.
Покорилися звери усатому.
(Чтоб ему провалиться,
проклятому!)
А он между ними похаживает,
Золоченое брюхо поглаживает:
» Принесите-ка мне, звери,
ваших детушек,
Я сегодня их за ужином
скушаю!»

Бедные, бедные звери!
Воют, рыдают, ревут!
В каждой берлоге
И в каждой пещере
Злого обжору клянут.

Да и какая же мать
Согласится отдать
Своего дорогого ребёнка —
Медвежонка, волчонка, слоненка,-
Чтобы несытое чучело
Бедную крошку
замучило!

Плачут они, убиваются,
С малышами навеки
прощаются.

Таракан, таракан,
таракашечка,
Жидконогая
козявочка-букашечка.
И не стыдно вам?
Не обидно вам?
Вы — зубастые,
Вы — клыкастые,
А малявочке
Поклонилися,
А козявочке
Покорилися!»

Испугались бегемоты,
Зашептали: «Что ты, что ты!
Уходи-ка ты отсюда!
Как бы не было нам худа!»

Взял и клюнул Таракана,
Вот и нету великана.
Поделом великану досталося,
И усов от него не осталося.

То-то рада, то-то рада
Вся звериная семья,
Прославляют, поздравляют
Удалого Воробья!

Ослы ему славу по нотам поют,
Козлы бородою дорогу метут,
Бараны, бараны
Стучат в барабаны! Сычи-трубачи
Трубят!

Грачи с каланчи
Кричат!
Л етучие мыши
На крыше
Платочками машут
И пляшут.

А слониха-щеголиха
Так отплясывает лихо,
Что румяная луна
В небе задрожала
И на бедного слона
Кубарем упала.

Вот была потом забота —
За луной нырять в болото
И гвоздями к небесам приколачивать!

Анализ стихотворения «Тараканище» Чуковского

«Тараканище» Корнея Чуковского было напечатано в издательстве «Радуга» и проиллюстрировано С. Чехониным.

Стихотворение задумано весной 1921 года, воплощено на бумаге в окончательном варианте и издано – в конце следующего года. Автору его в эту пору 40 лет, он известен как литератор, критик, исследователь наследия Н. Некрасова. Жанр – стихотворная сказка, частично писанная изобретенной поэтом строфой (пассаж про шишку, раков-забияк). Это хореические стихи с парной рифмовкой и холостой строкой (без рифмы). Ритм считалочки, дактилические окончания строк. Завязка динамична и сразу захватывает внимание читателя или слушателя. Персонажи фольклорны, но вне амплуа. Техника, городской пейзаж – все как у людей. Жаба на метле – прямиком из какого-то старого заклинания. «Едут и смеются»: утопический мир, над которым уже нависла угроза. Беда идет «из подворотни». Кошмарный сон наяву: рычащий таракан. Родом он из сочинений графомана И. Лебядкина, героя «Бесов» Ф. Достоевского. Перечислительные градации сыплются как из рога изобилия. Вот и злодей (суффикс только подчеркивает его монструозность, архетипичность; неологизм смысловой, а не просто речевой) не только разражается рыком, превосходящим всякое воображение, но еще и «усами шевелит», что повергает каждое второе животное в обморок. «Скушали друг друга»: абсурдная вежливость. Оказывается, есть и царь: Гиппопотам. Его речь – будто из русских народных и пушкинских сказок, и даже «Конька-Горбунка» П. Ершова. Интонация величавая, былинная. Награда опять-таки из разряда нелепиц. Впору разве что цапле или дятлу. «Веселой гурьбой» жертвы было кинулись к зловещей фигуре стоящего со скрещенными на груди руками насекомого. Его мощная харизма валит с ног. Фольклорная усеченная глагольная форма: разбежалися, испугалися. Те, кто покрупнее по идейным соображениям биться с узурпатором отказались. Крокодил, проглотивший впопыхах жабу (может, сразу с метлой), залег в крапиве. Зло торжествует. Пример парентезы: чтоб ему провалиться, проклятому! «Медвежонка, слоненка» требует он себе на прокорм. Кенгуру – первая ласточка победы, она хихикает и обидно оскорбляет усача. Наконец, Воробей (он даже не говорит, а чирикает!) «взял и клюнул». Воробей – свой человек, его подвиг не устрашает. Луна падает с неба от их ликования. Все азартно тащат ее из трясины, чтобы водрузить обратно. Горе забыто. Получен ли урок? Версия, что здесь изображен И. Сталин — несостоятельна по датам, да и угаданный типаж тирана универсален. Восклицания, вопросы, повторы (то-то рада). Животные очеловечены, уменьшительные суффиксы (хвостиком), есть инверсия (покорилися звери), диалоги, амплификация (воют, рыдают, ревут). Писатель явно выражает сочувствие простодушным недотепам, следит за сюжетом с таким интересом, будто сам не знает, чем дело кончится.

Несомненна связь «Тараканища» К. Чуковского с устным народным творчеством, баснями И. Крылова, лимериком и даже с «Ревизором» Н. Гоголя.

Cказка в стихах Тараканище

Корней Чуковский — Тараканище слушать online:

Сказка в стихах Корнея Ивановича Чуковского Тараканище в формате mp3 — слушать или скачать бесплатно.

Play Stop

    Тараканище

    Слушать сказку

    Часть первая

    Ехали медведи
    На велосипеде.

    А за ними кот
    Задом наперёд.

    А за ним комарики
    На воздушном шарике.

    А за ними раки
    На хромой собаке.

    Волки на кобыле.
    Львы в автомобиле

    Зайчики
    В трамвайчике.

    Жаба на метле…

    Едут и смеются,
    Пряники жуют.

    Вдруг из подворотни
    Страшный великан,
    Рыжий и усатый
    Та-ра-кан!
    Таракан, Таракан, Тараканище!

    Он рычит, и кричит,
    И усами шевелит:
    «Погодите, не спешите,
    Я вас мигом проглочу!
    Проглочу, проглочу, не помилую».

    Звери задрожали,
    В обморок упали.

    Волки от испуга
    Скушали друг друга.

    Бедный крокодил
    Жабу проглотил.

    А слониха, вся дрожа,
    Так и села на ежа.

    Только раки-забияки
    Не боятся бою-драки:
    Хоть и пятятся назад,
    Но усами шевелят
    И кричат великану усатому:

    «Не кричи и не рычи,
    Мы и сами усачи,
    Можем мы и сами
    Шевелить усами!»
    И назад ещё дальше попятились.

    И сказал Гиппопотам
    Крокодилам и китам:

    «Кто злодея не боится
    И с чудовищем сразится,
    Я тому богатырю
    Двух лягушек подарю
    И еловую шишку пожалую!»

    «Не боимся мы его,
    Великана твоего:
    Мы зубами,
    Мы клыками,
    Мы копытами его!»

    И весёлою гурьбой
    Звери кинулися в бой.

    Но, увидев усача
    (Ай-ай-ай!),
    Звери дали стрекача
    (Ай-ай-ай!).

    По лесам, по полям разбежалися:
    Тараканьих усов испугалися.

    И вскричал Гиппопотам:
    «Что за стыд, что за срам!
    Эй, быки и носороги,
    Выходите из берлоги
    И врага
    На рога
    Поднимите-ка!»

    Но быки и носороги
    Отвечают из берлоги:
    «Мы врага бы
    На рога бы.
    Только шкура дорога,
    И рога нынче тоже не дёшевы»,

    И сидят и дрожат под кусточками,
    За болотными прячутся кочками.

    Крокодилы в крапиву забилися,
    И в канаве слоны схоронилися.

    Только и слышно, как зубы стучат,
    Только и видно, как уши дрожат.

    А лихие обезьяны
    Подхватили чемоданы
    И скорее со всех ног
    Наутёк.

    И акула
    Увильнула,
    Только хвостиком махнула.

    А за нею каракатица —
    Так и пятится,
    Так и катится.

    Часть вторая

    Вот и стал Таракан победителем,
    И лесов и полей повелителем.
    Покорилися звери усатому.
    (Чтоб ему провалиться, проклятому!)
    А он между ними похаживает,
    Золочёное брюхо поглаживает:
    «Принесите-ка мне, звери, ваших детушек,
    Я сегодня их за ужином скушаю!»

    Бедные, бедные звери!
    Воют, рыдают, ревут!
    В каждой берлоге
    И в каждой пещере
    Злого обжору клянут.

    Да и какая же мать
    Согласится отдать
    Своего дорогого ребёнка —
    Медвежонка, волчонка, слонёнка, —
    Чтобы несытое чучело
    Бедную крошку замучило!

    Плачут они, убиваются,
    С малышами навеки прощаются.

    Таракан, таракан, таракашечка,
    Жидконогая козявочка-букашечка.
    И не стыдно вам?
    Не обидно вам?
    Вы — зубастые,
    Вы — клыкастые,
    А малявочке
    Поклонилися,
    А козявочке
    Покорилися!»

    Испугались бегемоты,
    Зашептали: «Что ты, что ты!
    Уходи-ка ты отсюда!
    Как бы не было нам худа!»

    Взял и клюнул Таракана,
    Вот и нету великана.
    Поделом великану досталося,
    И усов от него не осталося.

    То-то рада, то-то рада
    Вся звериная семья,
    Прославляют, поздравляют
    Удалого Воробья!

    Ослы ему славу по нотам поют,
    Козлы бородою дорогу метут,
    Бараны, бараны
    Стучат в барабаны!
    Сычи-трубачи трубят!

    Грачи с каланчи
    Кричат!
    Летучие мыши
    На крыше
    Платочками машут
    И пляшут.

    А слониха-щеголиха
    Так отплясывает лихо,
    Что румяная луна
    В небе задрожала
    И на бедного слона
    Кубарем упала.

    Вот была потом забота —
    За луной нырять в болото
    И гвоздями к небесам приколачивать!

    Ехали медведи
    На велосипеде.

    А за ними кот
    Задом наперёд.

    А за ним комарики
    На воздушном шарике.

    А за ними раки
    На хромой собаке.

    Волки на кобыле.
    Львы в автомобиле.

    Зайчики
    В трамвайчике.

    Жаба на метле…

    Едут и смеются,
    Пряники жуют.

    Вдруг из подворотни
    Страшный великан,
    Рыжий и усатый
    Та-ра-кан!
    Таракан, Таракан, Тараканище!

    Он рычит, и кричит,
    И усами шевелит:
    «Погодите, не спешите,
    Я вас мигом проглочу!
    Проглочу, проглочу, не помилую».

    Звери задрожали,
    В обморок упали.

    Волки от испуга
    Скушали друг друга.

    Бедный крокодил
    Жабу проглотил.

    А слониха, вся дрожа,
    Так и села на ежа.

    Только раки-забияки
    Не боятся бою-драки:
    Хоть и пятятся назад,
    Но усами шевелят
    И кричат великану усатому:

    «Не кричи и не рычи,
    Мы и сами усачи,
    Можем мы и сами
    Шевелить усами!»
    И назад ещё дальше попятились.

    И сказал Гиппопотам
    Крокодилам и китам:

    «Кто злодея не боится
    И с чудовищем сразится,
    Я тому богатырю
    Двух лягушек подарю
    И еловую шишку пожалую!»

    «Не боимся мы его,
    Великана твоего:
    Мы зубами,
    Мы клыками,
    Мы копытами его!»

    И весёлою гурьбой
    Звери кинулися в бой.

    Но, увидев усача
    (Ай-ай-ай!),
    Звери дали стрекача
    (Ай-ай-ай!).

    По лесам, по полям разбежалися:
    Тараканьих усов испугалися.

    И вскричал Гиппопотам:
    «Что за стыд, что за срам!
    Эй, быки и носороги,
    Выходите из берлоги
    И врага
    На рога
    Поднимите-ка!»

    Но быки и носороги
    Отвечают из берлоги:
    «Мы врага бы
    На рога бы.
    Только шкура дорога,
    И рога нынче тоже не дёшевы»,

    И сидят и дрожат под кусточками,
    За болотными прячутся кочками.

    Крокодилы в крапиву забилися,
    И в канаве слоны схоронилися.

    Только и слышно, как зубы стучат,
    Только и видно, как уши дрожат.

    А лихие обезьяны
    Подхватили чемоданы
    И скорее со всех ног
    Наутёк.

    И акула
    Увильнула,
    Только хвостиком махнула.

    А за нею каракатица —
    Так и пятится,
    Так и катится.

    Вот и стал Таракан победителем,
    И лесов и полей повелителем.
    Покорилися звери усатому.
    (Чтоб ему провалиться, проклятому!)
    А он между ними похаживает,
    Золочёное брюхо поглаживает:
    «Принесите-ка мне, звери, ваших детушек,
    Я сегодня их за ужином скушаю!»

    Бедные, бедные звери!
    Воют, рыдают, ревут!
    В каждой берлоге
    И в каждой пещере
    Злого обжору клянут.

    Да и какая же мать
    Согласится отдать
    Своего дорогого ребёнка —
    Медвежонка, волчонка, слонёнка, —
    Чтобы несытое чучело
    Бедную крошку замучило!

    Плачут они, убиваются,
    С малышами навеки прощаются.

    Таракан, таракан, таракашечка,
    Жидконогая козявочка-букашечка.
    И не стыдно вам?
    Не обидно вам?
    Вы — зубастые,
    Вы — клыкастые,
    А малявочке
    Поклонилися,
    А козявочке
    Покорилися!»

    Испугались бегемоты,
    Зашептали: «Что ты, что ты!
    Уходи-ка ты отсюда!
    Как бы не было нам худа!»

    Взял и клюнул Таракана,
    Вот и нету великана.
    Поделом великану досталося,
    И усов от него не осталося.

    То-то рада, то-то рада
    Вся звериная семья,
    Прославляют, поздравляют
    Удалого Воробья!

    Ослы ему славу по нотам поют,
    Козлы бородою дорогу метут,
    Бараны, бараны
    Стучат в барабаны!
    Сычи-трубачи трубят!

    Грачи с каланчи
    Кричат!
    Летучие мыши
    На крыше
    Платочками машут
    И пляшут.

    А слониха-щеголиха
    Так отплясывает лихо,
    Что румяная луна
    В небе задрожала
    И на бедного слона
    Кубарем упала.

    Вот была потом забота —
    За луной нырять в болото
    И гвоздями к небесам приколачивать!

    Конец

    ТАРАКАНИЩЕ
    Часть первая
    Ехали медведи
    На велосипеде.
    А за ними кот
    Задом наперёд.
    А за ним комарики
    На воздушном шарике.
    А за ними раки
    На хромой собаке.
    Волки на кобыле.
    Львы в автомобиле.
    Зайчики
    В трамвайчике.
    Жаба на метле…
    Едут и смеются,
    Пряники жуют.
    Вдруг из подворотни Страшный великан, Рыжий и усатый Та-ра-кан! Таракан, Таракан, Тараканище! Он рычит, и кричит, И усами шевелит: «Погодите, не спешите, Я вас мигом проглочу! Проглочу, проглочу, не помилую». Звери задрожали, В обморок упали. Волки от испуга Скушали друг друга. Бедный крокодил Жабу проглотил. А слониха, вся дрожа, Так и села на ежа. Только раки-забияки Не боятся бою-драки: Хоть и пятятся назад, Но усами шевелят И кричат великану усатому: «Не кричи и не рычи, Мы и сами усачи, Можем мы и сами Шевелить усами!» И назад ещё дальше попятились. И сказал Гиппопотам Крокодилам и китам: «Кто злодея не боится И с чудовищем сразится, Я тому богатырю Двух лягушек подарю И еловую шишку пожалую!» «Не боимся мы его, Великана твоего: Мы зубами, Мы клыками, Мы копытами его!» И весёлою гурьбой Звери кинулися в бой. Но, увидев усача (Ай-ай-ай!), Звери дали стрекача (Ай-ай-ай!). По лесам, по полям разбежалися: Тараканьих усов испугалися. И вскричал Гиппопотам: «Что за стыд, что за срам! Эй, быки и носороги, Выходите из берлоги И врага На рога Поднимите-ка!» Но быки и носороги Отвечают из берлоги: «Мы врага бы На рога бы. Только шкура дорога, И рога нынче тоже не дёшевы», И сидят и дрожат Под кусточками, За болотными прячутся Кочками. Крокодилы в крапиву Забилися, И в канаве слоны Схоронилися. Только и слышно, Как зубы стучат, Только и видно, Как уши дрожат. А лихие обезьяны Подхватили чемоданы И скорее со всех ног Наутек. И акула Увильнула, Только хвостиком махнула. А за нею каракатица — Так и пятится, Так и катится. Часть вторая Вот и стал Таракан победителем, И лесов и полей повелителем. Покорилися звери усатому. (Чтоб ему провалиться, проклятому!) А он между ними похаживает, Золоченое брюхо поглаживает: «Принесите-ка мне, звери, ваших детушек, Я сегодня их за ужином скушаю!» Бедные, бедные звери! Воют, рыдают, ревут! В каждой берлоге И в каждой пещере Злого обжору клянут. Да и какая же мать Согласится отдать Своего дорогого ребёнка — Медвежонка, волчонка, слоненка,- Чтобы несытое чучело Бедную крошку замучило! Плачут они, убиваются, С малышами навеки прощаются. Но однажды поутру Прискакала кенгуру, Увидала усача, Закричала сгоряча: «Разве это великан? (Ха-ха-ха!) Это просто таракан! (Ха-ха-ха!) Таракан, таракан, таракашечка, Жидконогая козявочка-букашечка. И не стыдно вам? Не обидно вам? Вы — зубастые, Вы — клыкастые, А малявочке Поклонилися, А козявочке Покорилися!» Испугались бегемоты, Зашептали: «Что ты, что ты! Уходи-ка ты отсюда! Как бы не было нам худа!» Только вдруг из-за кусточка, Из-за синего лесочка, Из далеких из полей Прилетает Воробей. Прыг да прыг Да чик-чирик, Чики-рики-чик-чирик! Взял и клюнул Таракана, Вот и нету великана. Поделом великану досталося, И усов от него не осталося. То-то рада, то-то рада Вся звериная семья, Прославляют, поздравляют Удалого Воробья! Ослы ему славу по нотам поют, Козлы бородою дорогу метут, Бараны, бараны Стучат в барабаны! Сычи-трубачи Трубят! Грачи с каланчи Кричат! Летучие мыши На крыше Платочками машут И пляшут. А слониха-щеголиха Так отплясывает лихо, Что румяная луна В небе задрожала И на бедного слона Кубарем упала. Вот была потом забота — За луной нырять в болото И гвоздями к небесам приколачивать! БАРМАЛЕЙ I Маленькие дети! Ни за что на свете Не ходите в Африку, В Африку гулять! В Африке акулы, В Африке гориллы, В Африке большие Злые крокодилы Будут вас кусать, Бить и обижать,- Не ходите, дети, В Африку гулять. В Африке разбойник, В Африке злодей, В Африке ужасный Бар-ма-лей! Он бегает по Африке И кушает детей — Гадкий, нехороший, жадный Бармалей! И папочка и мамочка Под деревом сидят, И папочка и мамочка Детям говорят: «Африка ужасна, Да-да-да! Африка опасна, Да-да-да! Не ходите в Африку, Дети, никогда!» Но папочка и мамочка уснули вечерком, А Танечка и Ванечка — в Африку бегом,- В Африку! В Африку! Вдоль по Африке гуляют. Фиги-финики срывают,- Ну и Африка! Вот так Африка! Оседлали носорога, Покаталися немного,- Ну и Африка! Вот так Африка! Со слонами на ходу Поиграли в чехарду,- Ну и Африка! Вот так Африка! Выходила к ним горилла, Им горилла говорила, Говорила им горилла, Приговаривала: «Вон акула Каракула Распахнула злую пасть. Вы к акуле Каракуле Не хотите ли попасть Прямо в па-асть?» «Нам акула Каракула Нипочём, нипочём, Мы акулу Каракулу Кирпичом, кирпичом, Мы акулу Каракулу Кулаком, кулаком! Мы акулу Каракулу Каблуком, каблуком!» Испугалася акула И со страху утонула,- Поделом тебе, акула, поделом! Но вот по болотам огромный Идёт и ревёт бегемот, Он идёт, он идёт по болотам И громко и грозно ревёт. А Таня и Ваня хохочут, Бегемотово брюхо щекочут: «Ну и брюхо, Что за брюхо — Замечательное!» Не стерпел такой обиды Бегемот, Убежал за пирамиды И ревёт, Бармалея, Бармалея Громким голосом Зовёт: «Бармалей, Бармалей, Бармалей! Выходи, Бармалей, поскорей! Этих гадких детей, Бармалей, Не жалей, Бармалей, не жалей!» II Таня-Ваня задрожали — Бармалея увидали. Он по Африке идёт, На всю Африку поёт: «Я кровожадный, Я беспощадный, Я злой разбойник Бармалей! И мне не надо Ни мармелада, Ни шоколада, А только маленьких (Да, очень маленьких!) Детей!» Он страшными глазами сверкает, Он страшными зубами стучит, Он страшный костёр зажигает, Он страшное слово кричит: «Карабас! Карабас! Пообедаю сейчас!» Дети плачут и рыдают, Бармалея умоляют: «Милый, милый Бармалей, Смилуйся над нами, Отпусти нас поскорей К нашей милой маме! Мы от мамы убегать Никогда не будем И по Африке гулять Навсегда забудем! Милый, милый людоед, Смилуйся над нами, Мы дадим тебе конфет, Чаю с сухарями!» Но ответил людоед: «Не-е-ет!!!» И сказала Таня Ване: «Посмотри, в аэроплане Кто-то по небу летит. Это доктор, это доктор, Добрый доктор Айболит!» Добрый доктор Айболит К Тане-Ване подбегает, Таню-Ваню обнимает И злодею Бармалею, Улыбаясь, говорит: «Ну, пожалуйста, мой милый, Мой любезный Бармалей, Развяжите, отпустите Этих маленьких детей!» Но злодей Айболита хватает И в костёр Айболита бросает. И горит, и кричит Айболит: «Ай, болит! Ай, болит! Ай, болит!» А бедные дети под пальмой лежат, На Бармалея глядят И плачут, и плачут, и плачут! III Но вот из-за Нила Горилла идёт, Горилла идёт, Крокодила ведёт! Добрый доктор Айболит Крокодилу говорит: «Ну, пожалуйста, скорее Проглотите Бармалея, Чтобы жадный Бармалей Не хватал бы, Не глотал бы Этих маленьких детей!» Повернулся, Улыбнулся, Засмеялся Крокодил И злодея Бармалея, Словно муху, Проглотил! Рада, рада, рада, рада детвора, Заплясала, заиграла у костра: «Ты нас, Ты нас От смерти спас, Ты нас освободил. Ты в добрый час Увидел нас, О добрый Крокодил!» Но в животе у Крокодила Темно, и тесно, и уныло, И в животе у Крокодила Рыдает, плачет Бармалей: «О, я буду добрей, Полюблю я детей! Не губите меня! Пощадите меня! О, я буду, я буду, я буду добрей!» Пожалели дети Бармалея, Крокодилу дети говорят: «Если он и вправду сделался добрее, Отпусти его, пожалуйста, назад! Мы возьмём с собою Бармалея, Увезём в далёкий Ленинград!» Крокодил головою кивает, Широкую пасть разевает,- И оттуда, улыбаясь, вылетает Бармалей, А лицо у Бармалея и добрее и милей: «Как я рад, как я рад, Что поеду в Ленинград!» Пляшет, пляшет Бармалей, Бармалей! «Буду, буду я добрей, да, добрей! Напеку я для детей, для детей Пирогов и кренделей, кренделей! По базарам, по базарам буду, буду я гулять! Буду даром, буду даром пироги я раздавать, Кренделями, калачами ребятишек угощать. А для Ванечки И для Танечки Будут, будут у меня Мятны прянички! Пряник мятный, Ароматный, Удивительно приятный, Приходите, получите, Ни копейки не платите, Потому что Бармалей Любит маленьких детей, Любит, любит, любит, любит, Любит маленьких детей!» КРОКОДИЛ (Старая-престарая сказка — поэма) Первое детское сочинение Чуковского Часть первая 1 Жил да был Крокодил. Он по улицам ходил, Папиросы курил. По-турецки говорил,- Крокодил, Крокодил Крокодилович! 2 А за ним-то народ И поёт и орёт: — Вот урод так урод! Что за нос, что за рот! И откуда такое чудовище? 3 Гимназисты за ним, Трубочисты за ним, И толкают его. Обижают его; И какой-то малыш Показал ему шиш, И какой-то барбос Укусил его в нос.- Нехороший барбос, невоспитанный. 4 Оглянулся Крокодил И барбоса проглотил. Проглотил его вместе с ошейником. 5 Рассердился народ, И зовёт, и орёт: — Эй, держите его, Да вяжите его, Да ведите скорее в полицию! 6 Он вбегает в трамвай, Все кричат:- Ай-ай-ай!- И бегом, Кувырком, По домам, По углам: — Помогите! Спасите! Помилуйте! 7 Подбежал городовой: — Что за шум? Что за вой? Как ты смеешь тут ходить, По-турецки говорить? Крокодилам тут гулять воспрещается. 8 Усмехнулся Крокодил И беднягу проглотил, Проглотил с сапогами и шашкою. 9 Все от страха дрожат. Все от страха визжат. Лишь один Гражданин Не визжал, Не дрожал — Это доблестный Ваня Васильчиков. 10 Он боец, Молодец, Он герой Удалой: Он без няни гуляет по улицам. 11 Он сказал: — Ты злодей. Пожираешь людей, Так за это мой меч — Твою голову с плеч!- И взмахнул своей саблей игрушечной. 12 И сказал Крокодил: — Ты меня победил! Не губи меня, Ваня Васильчиков! Пожалей ты моих крокодильчиков! Крокодильчики в Ниле плескаются, Со слезами меня дожидаются, Отпусти меня к деточкам, Ванечка, Я за то подарю тебе пряничка. 13 Отвечал ему Ваня Васильчиков: — Хоть и жаль мне твоих крокодильчиков, Но тебя, кровожадную гадину, Я сейчас изрублю, как говядину. Мне, обжора, жалеть тебя нечего: Много мяса ты съел человечьего. 14 И сказал крокодил: — Всё, что я проглотил, Я обратно отдам тебе с радостью! 15 И вот живой Городовой Явился вмиг перед толпой: Утроба Крокодила Ему не повредила. 16 И Дружок В один прыжок Из пасти Крокодила Скок! Ну от радости плясать, Щеки Ванины лизать. 17 Трубы затрубили, Пушки запалили! Очень рад Петроград — Все ликуют и танцуют, Ваню милого целуют, И из каждого двора Слышно громкое «ура». Вся столица украсилась флагами. 18 Спаситель Петрограда От яростного гада, Да здравствует Ваня Васильчиков! 19 И дать ему в награду Сто фунтов винограду, Сто фунтов мармеладу, Сто фунтов шоколаду И тысячу порций мороженого! 20 А яростного гада Долой из Петрограда: Пусть едет к своим крокодильчикам! 21 Он вскочил в аэроплан, Полетел, как ураган, И ни разу назад не оглядывался, И домчался стрелой До сторонки родной, На которой написано: «Африка». 22 Прыгнул в Нил Крокодил, Прямо в ил Угодил, Где жила его жена Крокодилица, Его детушек кормилица-поилица. Часть вторая 1 Говорит ему печальная жена: — Я с детишками намучилась одна: То Кокошенька Лелёшеньку разит, То Лелёшенька Кокошеньку тузит. А Тотошенька сегодня нашалил: Выпил целую бутылочку чернил. На колени я поставила его И без сладкого оставила его. У Кокошеньки всю ночь был сильный жар: Проглотил он по ошибке самовар,- Да, спасибо, наш аптекарь Бегемот Положил ему лягушку на живот.- Опечалился несчастный Крокодил И слезу себе на брюхо уронил: — Как же мы без самовара будем жить? Как же чай без самовара будем пить? 2 Но тут распахнулися двери, В дверях показалися звери: Гиены, удавы, слоны, И страусы, и кабаны, И Слониха- Щеголиха, Стопудовая купчиха, И Жираф — Важный граф, Вышиною с телеграф,- Всё приятели-друзья, Всё родня и кумовья. Ну соседа обнимать, Ну соседа целовать: — Подавай-ка нам подарочки заморские! 3 Отвечает Крокодил: — Никого я не забыл, И для каждого из вас Я подарочки припас! Льву — Халву, Мартышке — Коврижки, Орлу — Пастилу, Бегемотику — Книжки, Буйволу — удочку, Страусу — дудочку, Слонихе — конфет, А слону — пистолет… 4 Только Тотошеньке, Только Кокошеньке Не подарил Крокодил Ничегошеньки. Плачут Тотоша с Кокошей: — Папочка, ты нехороший: Даже для глупой Овцы Есть у тебя леденцы. Мы же тебе не чужие, Мы твои дети родные, Так отчего, отчего Ты нам не привёз ничего? 5 Улыбнулся, засмеялся Крокодил: — Нет, проказники, я вас не позабыл: Вот вам ёлочка душистая, зелёная, Из далёкой из России привезённая, Вся чудесными увешана игрушками, Золочёными орешками, хлопушками. То-то свечки мы на ёлочке зажжём. То-то песенки мы елочке споём: «Человечьим ты служила малышам. Послужи теперь и нам, и нам, и нам!» 6 Как услышали про ёлочку слоны, Ягуары, павианы, кабаны, Тотчас за руки На радостях взялись И вкруг ёлочки Вприсядку понеслись. Не беда, что, расплясавшись, Бегемот Повалил на Крокодилицу комод, И с разбегу круторогий Носорог Рогом, рогом зацепился за порог. Ах, как весело, как весело Шакал На гитаре плясовую заиграл! Даже бабочки упёрлися в бока, С комарами заплясали трепака. Пляшут чижики и зайчики в лесах, Пляшут раки, пляшут окуни в морях, Пляшут в поле червячки и паучки, Пляшут божии коровки и жучки. 7 Вдруг забили барабаны, Прибежали обезьяны: — Трам-там-там! Трам-там-там! Едет к нам Гиппопотам. — К нам — Гиппопотам?! — Сам — Гиппопотам?! — Там — Гиппопотам?!* Ах, какое поднялось рычанье, Верещанье, и блеянье, и мычанье: — Шутка ли, ведь сам Гиппопотам Жаловать сюда изволит к нам! Крокодилица скорее убежала И Кокошу и Тотошу причесала. А взволнованный, дрожащий Крокодил От волнения салфетку проглотил. * Некоторые думают, будто Гиппопотам и Бегемот — одно и то же. Это неверно. Бегемот — аптекарь, а Гиппопотам — царь. 8 А Жираф, Хоть и граф, Взгромоздился на шкаф. И оттуда На верблюда Вся посыпалась посуда! А змеи Лакеи Надели ливреи, Шуршат по аллее, Спешат поскорее Встречать молодого царя! 9 И Крокодил на пороге Целует у гостя ноги: — Скажи, повелитель, какая звезда Тебе указала дорогу сюда? И говорит ему царь:- Мне вчера донесли обезьяны. Что ты ездил в далёкие страны, Где растут на деревьях игрушки И сыплются с неба ватрушки, Вот и пришёл я сюда о чудесных игрушках послушать И небесных ватрушек покушать. И говорит Крокодил: — Пожалуйте, ваше величество! Кокоша, поставь самовар! Тотоша, зажги электричество! 10 И говорит Гиппопотам: — О Крокодил, поведай нам, Что видел ты в чужом краю, А я покуда подремлю. И встал печальный Крокодил И медленно заговорил: — Узнайте, милые друзья, Потрясена душа моя, Я столько горя видел там, Что даже ты, Гиппопотам, И то завыл бы, как щенок, Когда б его увидеть мог. Там наши братья, как в аду — В Зоологическом саду. О, этот сад, ужасный сад! Его забыть я был бы рад. Там под бичами сторожей Немало мучится зверей, Они стенают, и зовут, И цепи тяжкие грызут, Но им не вырваться сюда Из тесных клеток никогда. Там слон — забава для детей, Игрушка глупых малышей. Там человечья мелюзга Оленю теребит рога И буйволу щекочет нос, Как будто буйвол — это пёс. Вы помните, меж нами жил Один весёлый крокодил… Он мой племянник. Я его Любил, как сына своего. Он был проказник, и плясун, И озорник, и хохотун, А ныне там передо мной, Измученный, полуживой, В лохани грязной он лежал И, умирая, мне сказал: «Не проклинаю палачей, Ни их цепей, ни их бичей, Но вам, предатели друзья, Проклятье посылаю я. Вы так могучи, так сильны, Удавы, буйволы, слоны, Мы каждый день и каждый час Из наших тюрем звали вас И ждали, верили, что вот Освобождение придёт, Что вы нахлынете сюда, Чтобы разрушить навсегда Людские, злые города, Где ваши братья и сыны В неволе жить обречены!»- Сказал и умер. Я стоял И клятвы страшные давал Злодеям людям отомстить И всех зверей освободить. Вставай же, сонное зверьё! Покинь же логово своё! Вонзи в жестокого врага Клыки, и когти, и рога! Там есть один среди людей — Сильнее всех богатырей! Он страшно грозен, страшно лют, Его Васильчиков зовут. И я за голову его Не пожалел бы ничего! 11 Ощетинились зверюги и, оскалившись, кричат: — Так веди нас за собою на проклятый Зоосад, Где в неволе наши братья за решётками сидят! Мы решётки поломаем, мы оковы разобьём, И несчастных наших братьев из неволи мы спасём. А злодеев забодаем, искусаем, загрызём! Через болота и пески Идут звериные полки, Их воевода впереди, Скрестивши руки на груди. Они идут на Петроград, Они сожрать его хотят, И всех людей, И всех детей Они без жалости съедят. О бедный, бедный Петроград! Часть третья 1 Милая девочка Лялечка! С куклой гуляла она И на Таврической улице Вдруг увидала Слона. Боже, какое страшилище! Ляля бежит и кричит. Глядь, перед ней из-под мостика Высунул голову Кит. Лялечка плачет и пятится, Лялечка маму зовёт… А в подворотне на лавочке Страшный сидит Бегемот. Змеи, шакалы и буйволы Всюду шипят и рычат. Бедная, бедная Лялечка! Беги без оглядки назад! Лялечка лезет на дерево, Куклу прижала к груди. Бедная, бедная Лялечка! Что это там впереди? Гадкое чучело-чудище Скалит клыкастую пасть, Тянется, тянется к Лялечке, Лялечку хочет украсть. Лялечка прыгнула с дерева, Чудище прыгнуло к ней. Сцапало бедную Лялечку И убежало скорей. А на Таврической улице Мамочка Лялечку ждёт: — Где моя милая Лялечка? Что же она не идёт? 2 Дикая Горилла Лялю утащила И по тротуару Побежала вскачь. Выше, выше, выше, Вот она на крыше. На седьмом этаже Прыгает, как мяч. На трубу вспорхнула, Сажи зачерпнула, Вымазала Лялю, Села на карниз. Села, задремала, Лялю покачала И с ужасным криком Кинулася вниз. 3 Закрывайте окна, закрывайте двери, Полезайте поскорее под кровать, Потому что злые, яростные звери Вас хотят на части, на части разорвать! Кто, дрожа от страха, спрятался в чулане, Кто в собачьей будке, кто на чердаке… Папа схоронился в старом чемодане, Дядя под диваном, тётя в сундуке. 4 Где найдётся такой Богатырь удалой, Что побьёт крокодилово полчище? Кто из лютых когтей Разъярённых зверей Нашу бедную Лялечку вызволит? Где же вы, удальцы, Молодцы-храбрецы? Что же вы, словно трусы, попрятались? Выходите скорей, Прогоните зверей, Защитите несчастную Лялечку! Все сидят, и молчат, И, как зайцы, дрожат, И на улицу носа не высунут! Лишь один гражданин Не бежит, не дрожит — Это доблестный Ваня Васильчиков. Он ни львов, ни слонов, Ни лихих кабанов Не боится, конечно, ни капельки! 5 Они рычат, они визжат, Они сгубить его хотят, Но Ваня смело к ним идёт И пистолетик достаёт. Пиф-паф!- и яростный Шакал Быстрее лани ускакал. Пиф-паф!- и Буйвол наутёк. За ним в испуге Носорог. Пиф-паф!- и сам Гиппопотам Бежит за ними по пятам. И скоро дикая орда Вдали исчезла без следа. И счастлив Ваня, что пред ним Враги рассеялись как дым. Он победитель! Он герой! Он снова спас свой край родной. И вновь из каждого двора К нему доносится «ура». И вновь весёлый Петроград Ему подносит шоколад. Но где же Ляля? Ляли нет! От девочки пропал и след! Что, если жадный Крокодил Её схватил и проглотил? 6 Кинулся Ваня за злыми зверями: — Звери, отдайте мне Лялю назад!- Бешено звери сверкают глазами, Лялю отдать не хотят. — Как же ты смеешь,- вскричала Тигрица, К нам приходить за сестрою твоей, Если моя дорогая сестрица В клетке томится у вас, у людей! Нет, ты разбей эти гадкие клетки, Где на потеху двуногих ребят Наши родные мохнатые детки, Словно в тюрьме, за решёткой сидят! В каждом зверинце железные двери Ты распахни для пленённых зверей, Чтобы оттуда несчастные звери Выйти на волю могли поскорей! Если любимые наши ребята К нам возвратятся в родную семью, Если из плена вернутся тигрята, Львята с лисятами и медвежата — Мы отдадим тебе Лялю твою. 7 Но тут из каждого двора Сбежалась к Ване детвора: — Веди нас, Ваня, на врага. Нам не страшны его рога! И грянул бой! Война! Война! И вот уж Ляля спасена. 8 И вскричал Ванюша: — Радуйтеся, звери! Вашему народу Я даю свободу. Свободу я даю! Я клетки поломаю, Я цепи разбросаю. Железные решётки Навеки разобью! Живите в Петрограде, В уюте и прохладе. Но только, Бога ради, Не ешьте никого: Ни пташки, ни котёнка, Ни малого ребёнка, Ни Лялечкиной мамы, Ни папы моего! Да будет пища ваша — Лишь чай, да простокваша, Да гречневая каша И больше ничего. (Тут голос раздался Кокоши: — А можно мне кушать калоши? Но Ваня ответил:- Ни-ни, Боже тебя сохрани.) — Ходите по бульварам, По лавкам и базарам, Гуляйте где хотите, Никто вам не мешай! Живите вместе с нами, И будемте друзьями: Довольно мы сражались И крови пролили! Мы ружья поломаем, Мы пули закопаем, А вы себе спилите Копыта и рога! Быки и носороги, Слоны и осьминоги, Обнимемте друг друга, Пойдёмте танцевать! 9 И наступила тогда благодать: Некого больше лягать и бодать. Смело навстречу иди Носорогу — Он и букашке уступит дорогу. Вежлив и кроток теперь Носорог: Где его прежний пугающий рог? Вон по бульвару гуляет Тигрица Ляля ни капли её не боится: Что же бояться, когда у зверей Нету теперь ни рогов, ни когтей! Ваня верхом на Пантеру садится И, торжествуя, по улице мчится. Или возьмёт оседлает Орла И в поднебесье летит, как стрела. Звери Ванюшу так ласково любят, Звери балуют его и голубят. Волки Ванюше пекут пироги, Кролики чистят ему сапоги. По вечерам быстроглазая Серна Ване и Ляле читает Жюль Верна, А по ночам молодой Бегемот Им колыбельные песни поёт. Вон вкруг Медведя столпилися детки Каждому Мишка даёт по конфетке. Вон, погляди, по Неве по реке Волк и Ягнёнок плывут в челноке. Счастливы люди, и звери, и гады, Рады верблюды, и буйволы рады. Нынче с визитом ко мне приходил — Кто бы вы думали?- сам Крокодил. Я усадил старика на диванчик, Дал ему сладкого чаю стаканчик. Вдруг неожиданно Ваня вбежал И, как родного, его целовал. Вот и каникулы! Славная ёлка Будет сегодня у серого Волка. Много там будет весёлых гостей. Едемте, дети, туда поскорей! 1917

FILED UNDER : Статьи

Submit a Comment

Must be required * marked fields.

:*
:*