admin / 30.11.2019

Запах краски в подъезде

И в подъезде — запах краски

Дверь открыл Киреев.
Благоухающий и свежий, как тогда, год назад. И даже спортивный костюм на нём остался тот же. Только квартира вот другая. Хотя и в этот раз Зоя пришла на новоселье подруги. «Прям дежавю какое-то», – мелькнула мысль.
За год до этого Киреев и Надежда съехались, поменяв свои однокомнатные на большую трёхкомнатную в новом доме.
А через месяц, когда Зоя собралась на новоселье, уже жили в той же квартире… по разным комнатам.
Зоя успела только поздороваться с ним, снимая в прихожей пальто, когда он шел из кухни в свою комнату.
«Ниччосе! Пришла на новоселье называется!» — подумала тогда Зоя, но Надежду спросила: «Теперь опять размениваться будете?»
Подруга вроде как вопроса не расслышала.
Зоя с первой встречи в театре окрестила Киреева про себя «атташе!». Где все эмоции скрывались в интонации. Именно таким она представляла работника дипломатического корпуса. Ухоженный и вежливый.
В детстве в старом фильме про шпионов Зоя впервые услышала это слово, и актёр, похожий на Киреева, оказался резидентом вражеской разведки. Вообще-то, это Киреев похож на того атташе, но это не важно.
«Слишком хорош. Разве такие бывают?» – подумала тогда Зоя, а подругу на следующий день по телефону спросила.
— А он добрый?
— И даже щедрый, – не совсем по теме ответила Надежда. – А ещё он диплом по архитектуре защищал на французском!… Представляешь?!… Единственный медалист нашего класса!
— Так ты его со школы знаешь???
— Да. Он в третьем классе к нам пришёл.
— И только к сорока годам вы с ним определились?… Долго сомневались! – выскочило само. – Или он женат был? – смягчила Зоя своё удивление.
— Нет. Никогда… Мы просто были друзьями.
Такого Зоя представить не могла.
– Too much, – пробубнила негромко, а для подруги перевела иначе: «Очень хорош!»
Надежде это, похоже, польстило.
Таким было первое впечатление.
Тогда ещё Надежда не была его женой.
И они ходили по театрам.
Шли в антракте к буфету, держась за руки – нарядные и вполне счастливые…
А больше-то судьба Зою с Киреевым и не сводила.
На свадьбу Надежда подругу не пригласила, объяснила, что будет «очень узкий круг: молодые, свекровь и подруга свекрови».
Четыре человека, по мнению Зои, никак не могли образовать «круг», даже очень узкий: «Какой-то квадрат… Малевича», – подумала, ничего не озвучив.
Тогда же узнала от Надежды, что Киреев носит отчество своей матери, с отцом даже не был знаком. Мать его преподавала французский, имея какую-то научную степень. Своего мужчину не встретила, вот и лепила такого из сына.
Судя по результату, идеалом был тот самый атташе из ненашего кино.
Причину скорой размолвки с Киреевым Надежда подруге не объяснила.
Но Зоя сама догадалась: свободный школьный друг любимого женатика из сердца Надежды не вытеснил…
Наверное, Зоя не смогла скрыть удивления, или просто потому, что она, растерявшись, замешкалась, только Киреев поздоровался первым.
— Здравствуйте! – произнёс, слегка качнув головой.
— Здравствуте! – эхом повторила Зоя.
Первая мысль была удивлённая: «Значит, опять вместе?!» А вторая с укором: «Что же не сказала?!»
— С новосельем! – почти прокричала от неожиданной радости за личную жизнь подруги. Зоя уже хотела сделать шаг вперёд, чтобы зайти в помещение, ожидая увидеть за спиной Киреева подругу.
— Спасибо! – ответил хозяин квартиры, не отступая, и продолжая держать Зою на пороге.
— А хозяйка дОма? – спросила с улыбкой, предлагая Кирееву принять у неё тортик и вазу.
— Простите? – произнёс уже ледяным тоном, не обращая внимания на протянутую пирамиду из двух коробок.
— Надя дома? – спросила Зоя уже с нехорошим предчувствием.
— Наверное, она У СЕБЯ ДОМА, – выделил голосом, как это делает диктор телеканала, сообщая новость дня.
— А разве она не здесь живёт? – спросила уже помимо своей воли, и, кусая язык, поняла, что опять что-то напутала.
— Она живёт в этом же доме, но вы ошиблись квартирой, – произнёс так чётко и медленно, точно растягивал удовольствие. Такой тон называют подчёркнуто вежливым. Зоя всегда считала его самым противным. Её сразу начинало тошнить, когда с ней говорили снисходительно. Испугавшись последствий: не за себя, а за Киреева, она отступила на шаг. – В 351 — ой, — уточнил он.
Зоя невольно посмотрела на дверь. Цифры были те же, порядок обратный.
— Извините, – промямлила, заливаясь краской.
— Так бывает, – бросил Киреев, как спасательный круг. – Надежде от меня привет!
— До свидания! – опять не то ляпнула Зоя и поспешила по ступенькам вниз.
— Всего доброго! – уже в спину незваной гостье произнёс Киреев, прежде, чем закрыл дверь.
Все ступени с восьмого этажа разделились в группы по четыре и звучали в голове по слогам: «и-ди-от-ка». Длиннющая девятиэтажка, похожая по форме на букву «П», была ещё не полностью заселена. В подъезде оставался запах краски…
Поднимаясь по ступеням уже в нужном подъезде, Зоя мысленно твердила другие слова. И тоже на четыре слога: «так- бы-ва-ет».
К Надежде Зоя пришла румяная, как после бани.
Было стыдно за случившуюся оплошность.
Сначала решила ничего Надежде не говорить.
— Привет. Заходи, не стесняйся. Прости, я ещё не все коробки разобрала. Пусть они тебя не смущают, – извинялась аккуратистка Надежда.
— Меня уже сильнее не смутишь, – вырвалось само, и Зоя этому даже обрадовалась.
— Что так? Кто посмел?
— Киреев твой, – уже весело докладывала подруге.
— Нет! Нет! Только не мой! А где это вы столкнулись? И чем это он тебя смутил?
— Я к нему по ошибке в квартиру позвонила.
— То есть?!….
— Он в этом же доме живёт. Только номер наоборот — 153. Вот я и перепутала.
— Что?!!!! Ты к нему пришла, как будто ко мне?!!!!
— Ага. Ещё и обрадовалась, подумала, что вы опять сошлись…
— Ой! Ну, как тебя угораздило! Я же тебя просила записать!… Теперь он подумает, что это я специально тебя подослала.
— Не подумает.
— Почему?
— Он сказал: «Так бывает». И просил тебе привет передать. Он, кстати, твой номер квартиры знает.
— В смысле?
— Ну, это он мне его подсказал.
— Это ж надо?!… Разъехаться, чтобы оказаться в одном доме?!… Подруга маменьки его, видать, постаралась! Она нашу квартиру разменивала через горисполком. Как бы иначе две в новом доме получили?… Да, уж….
— Ирония судьбы или нелёгкая пара! – попыталась оправдаться Зоя.
— Ой, ну как же тебя угораздило?!
— Да, не переживай ты! У меня это не единственный случай!
— Кто бы сомневался?! Только не говори, что с Киреевым…
— Можно подумать, на нём свет клином сошёлся… Могу рассказать, если хочешь, только за столом. В горле что-то пересохло.
— Пошли уж!
***
«Мы тогда получили комнату в новом доме. Квартира трёхкомнатная. Одна комната, самая маленькая — наша. Две других занимала многодетная семья.
Так вот, дом наш — трех подъездная типовая девятиэтажка – стоял последним в группе четырёх «близнецов». Они так шеренгой стояли: один за другим.
Каждый новосёл считал себя счастливчиком, несмотря на то, что подходы к домам были ещё не заасфальтированы.
Город-новостройка. Резиновые сапоги – у каждого. Пока от остановки до дома дойдёшь — все сапоги в грязи.
И вот возвращаюсь я с работы: сумка в одной руке, сетка с продуктами — в другой.
Квартира наша на «диятом», как говорил тогда двухлетний Сашка.
Лифт ещё не включен. Такие, знаешь, незатратные занятия фитнесом по месту жительства… И в подъезде — запах краски.
Поднимаюсь в грязных сапогах. У квартиры пытаюсь восстановить дыхание, опираюсь на ручку двери, чтобы обувь на пороге снять — грязь в квартиру не тащить…
Дверь от нажатия на ручку открывается.
«Хорошо, – думаю про себя. – Ключи доставать не надо».
С порога вижу, что дверь в нашу комнату открыта. Радуюсь, что муж пораньше пришёл.
Значит, за сыном в садик он идет.
Уже улыбаюсь довольная, стягивая второй сапог.
Слышу детские голоса из комнаты соседей.
В проёме двери вижу угол шифоньера и диван, покрытый голубым гобеленовым покрывалом. Я обычно бельё на нём гладила. «Не иначе чем-то новый диван вымазал, вот и прикрыл». И ковра на полу нет. – «Точно что-то пролил. Даже ковёр свернуть не поленился. Думает – не замечу».
У порога стоят чистые резиновые сапоги мужа. – «Помыл без напоминаний! Точно виноват!»
Захожу в квартиру уже с другим настроением. Ставлю сумку на пол в крошечном коридорчике, держа сетку на весу, поворачиваюсь спиной, нагибаюсь, чтобы взять свою пару сапог. И в это время боковым зрением (с учётом угла наклона) вижу, как из кухни пробегает девочка Сашкиного возраста, за ней – незнакомая женщина в халате и закрывают за собой дверь в «нашу» комнату.
Тут только обращаю внимание на вешалку.
Одежда чужая! Чужая квартира!
На цыпочках выхожу на площадку, никак не могу попасть ногами в сапоги, балансируя с занятыми руками, и начинаю смеяться, представляя картинку, когда бы меня уже застали в комнате с покрывалом в руках, в поисках несуществующего пятна…
Ведь непьяная была, и в баню не ходила» , – закончила Зоя свой рассказ.
***
– Как назовёшь? — спросил муж, когда я закончила читать очередной опус. — Только про иронию не повторяй. Что-то другое найди.

FILED UNDER : Статьи

Submit a Comment

Must be required * marked fields.

:*
:*