admin / 04.01.2020

Я описалась в школе

Сообщество любителей омораси

Рассказ довольно старый и найти его в интернете сложно, но я его откопал и оставлю здесь, он мне очень понравился и я думаю, он прекрасно дополнит наш форум!

У нас была математичка которая очень часто не отпускала с урока даже когда очень сильно приспичит (она тогда говорила делай в штаны, не пущу). Я много раз был свидетелем того как мои одноклассники просто изнемогали от желания выйти но их не отпускали. Большинство все таки дотерпели. С 2-мя девочками и 2-мя парнями были конфузы. Я в этой училки даже не отпрашивался никогда, да и за 2 года (она преподавала у нас с 5-ого класса) не было критической потребности. Хотя до этого времени почти все у нее на уроках уже успели помучится.
В 7-ом классе и я пережил это. Помню что в этот день в расписании 2-мя последними уроками была математика. Я перед ними кажется сходил в столовку, выпил бульона и кружку чая. Уже на перемене я немного хотел в туалет но решил не идти. Когда приспичивало по маленькому, то не придавал этому особого значения, я и представить себе не мог что может так приспичить что не сможешь терпеть.
Пошел я на урок. Первые 20 минут просидел спокойно, получил хорошую оценку. Во второй половине урока начал чувствовать что тяжесть внизу живота усиливается. Но я решил не отпрашиваться, думаю досижу до перемены и пойду в туалет. Я начал ждать когда закончится урок. Минут за 5 до конца я уже достаточно сильно хотел писать. Но отпрашиваться не было смысла, мог спокойно дотерпеть. Тут за 5 минут до конца Людмила Михайловна дет небольшую контрольную. Меня это не обрадовало, но пришлось писать.
Помню что не успел до звонка дописать и остался дописывать на перемене. Я пытался сделать все побыстрее чтобы успеть в туалет. Дописал, сдал учительнице на стол и двинулся в туалет. Но тут звонок на следующий урок, я замешкался: просить выйти или нет, в итоге вернулся и сел на свое место. А писать уже хотелось довольно сильно. Я решил что посижу первые 5 минут и отпрошусь. Так и сделал, немного подождал, поднял руку: можно выйти? Математичка говорит иди. Ну я счастлив двинулся к двери, но тут весь класс завозмущался: почему это их всех мучили, а меня отпускают. Я быстро вышел в коридор, но учительница выбежала и сказала: вернись назад на урок раз такое дело.
Я конечно был не восхищен таким поворотом, но думаю ладно, не настолько сильно я хочу в туалет что б не дотерпеть. Я вернулся, сел на место. Но минут через 10 я начал так сильно хотеть в туалет что раньше такого не было никогда. Мне стало понятно что если дело пойдет так дальше, то я могу и не дотерпеть. Я опять поднял руку, но учительница подумала что я хочу к доске и вызвала меня отвечать. Я начал решать какую-то задачу, но понял что не могу стоять на месте, я сунул руку в карман джинсов чтобы помочь себе терпеть. Но это мало помогло, стоя возле доски я понял что просто ужасно хочу писать и мне срочно надо в туалет. Я прервал решение задачи и попросил отпустить меня, но получил отказ. Я продолжил решать задание и сжимал себя другой рукой через карман. Но в туалет хотелось так ужасно что меня охватила паника, в какой-то момент я почувствовал что сейчас не вытерплю, я опять попросил отпустить меня, мне очень надо, но опять получил отказ, тогда я попросил хотя бы позволить мне сесть, я не мог больше терпеть стоя. Учительница позволила сесть. Я немножко согнут вперед быстро сел на место, закинул ногу на ногу и посмотрел на часы: до конца оставалось не много не мало, а целых 20 минут. Когда сел терпеть стало легче, тяжесть внизу живота конечно никуда не подевалась, но мне уже не казалось что я сейчас не вытерплю.
Но через 5 минут мне приспичило еще сильнее. Меня охватила паника: что делать, мне опять начало казаться что я сейчас описаюсь. Я поднял руку и начал умолять отпустить меня. Но учительница ответила мне той фразой, которую часто говорила другим когда им сильно приспичивало: терпи, а если не можешь делай в штаны. После этого я понял что мне не светит туалет до перемены. Я закинул ногу на ногу и начал небольшие ритмические движения взад вперед, это как-то помогало терпеть. Но мне постоянно казалось что я сейчас написаю в штаны. В таком состоянии я просидел еще минут 10. Но когда оставалось несколько минут до конца урока я понял что мне уже ничего не помогает. Помню внезапно стало очень плохо, я понял что сейчас начну писать, я быстро зажал себя рукой, но это не помогло и я непроизвольно пустил струю в штаны. Помню после этого движения рукой одноклассница которая сидела со мной посмотрела в мою сторону улыбнулась и спросила: «Что сейчас описаешься?». Я поднял руку и попросил отпустить меня. Но учительница опять отказала, сказала что до конца еще 3 минуты, либо я дотерплю либо нет но она не отпустит. Я опять почувствовал то же что и после первого позыва когда не дотерпел. Я за 1 секунду пустил 2 непроизвольных струи в штаны и пытаясь восстановить контроль над собой сильно зажал писюн рукой и перекрыл утечку. На ширинке уже было видно пятно. Одноклассница, которая сидела рядом и наблюдала за все этим, сказала громко на весь класс: «Петя уже в агонии, сейчас описается». Но небольшая утечка немножко ослабила давление. Я начал через штаны рукой теребить за писюн, опять закинул ногу на ногу и делал ритмические движения взад вперед. До конца урока оставалось минуты 2 и у меня появилась надежда все-таки дотерпеть. Но тут в класс зашла директор с какой-то информацией и не отпустила нас на перемену после звонка. После того как раздался звонок я попытался отпросится выйти но меня не отпустили. Перемена была маленькая: 5 минут. Я сидел и продолжал свои ритмические движения на стуле, просто говоря уссыкался по полной программе и пытался не обоссаться.
Директор ушла после звонка на следующий урок. Я сорвался с места и побежал в туалет. Но где-то на полпути я почувствовал что сейчас не вытерплю, опять зажал себя рукой но на ходу это не помогло, я остановился чтобы вернуть контроль, но было уже поздно, я начал ссать в штаны по полной программе, джинсы промокли спереди до колен. В туалет я уже не пошел, а побежал домой, стараясь избегать людных мест. Даже не знаю сколько людей меня видело по дороге.

Все что случилось со мной сегодня утром не входило в мои планы и никаких предпосылок не наблюдалось. С утра я проснулась раньше обычного, умылась, позавтракала, накрасилась, оделась — прихорошилась, полюбоваться собой в зеркале и отправилась в больницу сдавать анализы. Утренняя нимфа, никак иначе. Кто бы знал что буквально через час на обратном пути домой в такси у меня прихватит живот. Да так сильно, что аж в глазах потемнело. Сначала в животе что-то предательски заурчало, прям не по-доброму так. Прям знаете как будто гром перед бурей. А потом пришло желание какать. Даже не так. Желание неистово какать, как не в себя. И разумеется мы встали в пробке и двигались медленно и размеренно, чего не скажешь о каловых массах в моем кишечнике. Они то устроили в животе настоящую гонку, и как толпа разъяренных пациентов ломились в кабинет врач на утренний прием с криком «Прием начался пол часа назад. Открывайте». Но открывать я не хотела, как говорится не место, не время. За время пути я освоила дыхательную технику при схватках в целях не обосраться (думаю запатентовать),

упражнения Кегеля, хотя я отродясь их не делала и даже не знала о них, бодифлекс, медитацию, самовнушение, визуализацию и много ещё чего нужного в такой непростой жизненной ситуации. Я молила Бога только бы не обосраться в такси, только бы дотерпеть до туалета. Мой унитаз казался мне райский местом, моей крепостью, моим оплотом, никогда в жизни я не думала о нем с такой любовью и теплотой. Наконец мы доехали. Я летела домой как ветер, как Феникс, который хотел заново родиться, только не сгорев и возродившись, а покакав. И вот я уже открываю дверь туалета. И понимаю что процесс пошёл. Единственное но — на мне ещё джинсы и нижнее белье. Извините за подробности, но каким-то образом я умудрилась загадить и одежду, и пол и коврик и много ещё чего в туалете. Я извергалась как вулкан, я как человек, который нашёл родную душу изливала все, что накопилось во мне за долгое время, я как гейзер была неудержима и настойчива. И вот сижу я и думаю » Как так-то блять? Буквально час назад я была нимфой, сбежавшей из цветущего сада, а теперь мне 33 годам я по колено в говне. А говорят, что девочки не пукают».

З.Ы. Пост не несёт никакой смысловой нагрузки и я извиняюсь за слишком яркие подробности. Накопилось, так сказать.

История про то, как девочка обосралась на уроке

Мне было 8 лет. Я училась во втором классе в первую смену. Обычно перед школой мама готовила завтрак: чай с бутербродами. Но в этот день вместо чая был кефир. Я выпила стакан кефира и пошла в школу. На третьем последнем уроке, это был урок рисования, я почувствовала, что у меня сильно крутит живот и надо срочно в туалет. Спросив разрешения у учительницы выйти, я получила отказ, аргументировала учительница это тем, что до конца урока осталось 10 минут, и мол типа потерпи. Но терпеть было тяжело. Я понимала, что это понос на меня нашёл от кефира. Я сидела за одной партой с мальчиком, который мне очень нравился. И обосраться рядом с ним за уроком был невероятный позор. Но живот решил всё за меня. Какашки начали выходить уже, терпеть я больше не могла и я покакала прямо на уроке. В то время мы носили школьную форму: белые колготки, коричневое платье и белые фартуки. Лучше бы колготки были коричневыми. Когда прозвенел звонок, надо ж было вставать и сдавать работу. Я дождалась, когда все сдадут свои рисунки и пошла почти последняя. Передо мной свой рисунок сдавал мой сосед по парте, тот самый мальчик, что мне нравился. Как то на уроке он ничего не почувствовал, но когда я подошла ближе, он сказал: «Фу, чё так гавном завоняло?» Я конечно же сделала вид, что не в курсе, ничего не чувствую. Как только я сдала свою работу, я прям вылетела со школы и побежала домой. А дом мой находился в другом конце посёлка, это примерно 10 минут ходьбы. Но ещё такой момент, папа меня всегда забирал со школы. Я пронеслась мимо него как ракета. До дома я добежала быстро. Когда отец пришёл домой, он меня сразу спросил: «Ты чё обкакалась прямо на уроке?»

Больше я кефир по утрам не пью и вообще стараюсь не завтракать.

ya_opisalas

Родители десятилетней Светы уехали в командировку и оставили дочку дома одну. Утром в субботу мама в тридцатый раз объяснила Свете, где в холодильнике находятся щи, а где котлеты, в пятидесятый раз напомнила, что нельзя открывать незнакомым, смотреть телевизор и сидеть за компьютером после десяти, заходить в папин рабочий кабинет, в сотый раз показала, как открывать газ и что делать, если вдруг выбьет пробки. Наконец мама, поцеловав на прощание дочку, поспешила на поезд.

Закрыв за мамой дверь, Света наконец-то ощутила себя полноправной хозяйкой квартиры. Вопреки наставлениям мамы, она первым делом пошла не на кухню, где на столе стоял заботливо приготовленный завтрак, а в зал, к компьютеру. Пока компьютер включался, Света принесла из холодильника двухлитровую пачку сока и стакан. Затем она залезла в свой любимый чат и углубилась в общение. Обычно родители не разрешали Свете сидеть за компьютером дольше часа, но сейчас она могла делать всё, что хотела. Удобно устроившись с ногами в кресле (чего папа никогда не позволял) и попивая ананасовый сок, Света общалась в чате, одновременно успевая играть в две онлайн-игры и отвечать подружке в аське. Уж в интернете-то, думала Света, предки по сравнению со мной вообще ничего не понимают…

К полудню Света стала ерзать на кресле, сжимая ноги, но делала это неосознанно, так как целиком была поглощена интернетом. Так же неосознанно она и пила сок, стакан за стаканом. Наконец Света поняла, что сильно хочет писать. Каким бы сильным ни было желание продолжить играть, мочевой пузырь давал о себе знать сильнее. Света хотела уже бежать в туалет, но вдруг подумала:

«А почему это я должна в туалете писать? Это взрослые так заставляют, а сегодня я одна, что хочу — то и делаю».

Недолго думая, Света расслабилась и начала писать прямо в той позе, в которой была — с ногами, поджатыми под себя. Теплая моча мгновенно пропитала трусики, штанишки, дальше потекла по пяткам на стул и потом на пол. Когда Света закончила писать, штаны и носки промокли чуть ли не насквозь, а под стулом была довольно большая лужа.

Такой способ опорожнения мочевого пузыря девочке очень понравился. Мало того что не надо было бегать через всю квартиру в туалет и отрываться от любимого занятия, так ещё и пропитанные теплой жидкостью брюки, прилипая к ногам, создавали удивительно приятные ощущения. Света потянулась к пачке сока, чтобы налить себе еще стакан, но сока осталось всего на треть стакана.

Света, надо сказать, очень любила пить — не только сок, но и любую другую жидкость: хоть кока-колу, хоть чай, хоть компот. Из-за этого мама год назад вообразила, что у дочки сахарный диабет, и долго водила её по разным врачам, которые, разумеется, назначили кучу анализов и обследований. Однако все исследования показали, что девочка совершенно здорова. Тем не менее, мама не разрешала Свете слишком много пить, упрекая её «Опять ночью будешь пять раз в туалет бегать!»

Но сейчас мамы не было, и Света, просидев за компьютером два часа с небольшим, незаметно выпила двухлитровую пачку сока. Допив последнюю треть стакана, она решила, что хочет ещё, тем более, что мама, хоть и ограничивала дочку в питье, на выходные еды и напитков оставила с избытком. Света направилась к холодильнику и, к своему огромному удовольствию, увидела там две двухлитровые бутылки «кока-колы», запотевшие от холода. Света взяла одну из них и снова поспешила к компьютеру. Есть ей пока не хотелось.

Меньше чем через полчаса мочевой пузырь Светы снова стал сигнализировать, что пора пописать. Света опять сходила под себя, ухитрившись одновременно писать и пить кока-колу. Лужа под стулом увеличилась, а сам стул промок настолько, что хлюпал, когда Света ерзала по нему. Света встала и прошлась по комнате, заодно осмотрев свои синие штаны. Весь их перед между ног и втутренние стороны штанин были мокрыми, промок и самый низ штанов — Света описала его, когда писала с поджатыми под себя ногами. Носки тоже были хоть выжимай. Света прошлась по ковру, оставив за собой несколько мокрых следов. Писать прямо там, где захочется, ей очень понравилось. Из-за своей любви к напиткам Свете приходилось ходить в туалет довольно часто, а порой, выпив на ночь трёхлитровую банку бабушкиного компота, она до утра бегала «по-маленькому» три-четыре раза. Играя во дворе с подружками, Света порой тоже вынуждена была бежать в туалет или присаживаться вдалеке от двора, за гаражами. Она не понимала, почему нельзя пописать при всех, прямо во дворе, и продолжить играть, или почему нельзя ночью сделать свои дела в постель, чтобы не перебивать сон. Конечно, думала Света, это взрослые выдумали все нелепые ограничения. Но теперь, оставшись дома одна на целую неделю, она вовсе не собиралась следовать их нелепым запретам.

Перед тем как вернуться к компьютеру, Света подумала, а что будет, если попробовать пописать прямо сейчас, через пять минут после того, как она уже описалась. Света немного расставила ноги и расслабилась. К её удивлению, на ковер полилась небольшая струйка, потом закапало, а между ног в очередной раз разлилось тепло. Даже за каких-то пять минут у неё набралось достаточно много мочи!

Света вернулась за компьютер и залпом выпила два подряд стакана кока-колы, чтобы скорее захотеть писать и попробовать ещё раз. Но тут её стало клонить в сон. Света посмотрела на часы — было четыре двадцать дня. Неудивительно, что ей захотелось спать — обычно в субботу она вставала не раньше одиннадцати, а сегодня мама подняла её в начале девятого.

Света выключила компьютер, выпила ещё стакан «кока-колы» и отправилась в спальню. Она сняла насквозь мокрые штаны, залезла в кровать в не менее мокрых трусиках и, удобно устроившись в мягкой постели, тут же заснула.

Проснулась Света от чувства переполненного мочевого пузыря. Она по привычке хотела отправиться в туалет и, пописав, продолжить спать, но вдруг с огромной радостью вспомнила, что сегодня можно не ходить в туалет, вообще не ходить! Света улеглась на спину, слегка раздвинула ноги и всласть пописала. Затем она уснула в луже собственной мочи. Второй раз Света проснулась в половине восьмого вечера от звонка в дверь. Она торопливо вскочила и хотела было надеть штаны, но те, конечно, ещё не высохли. Света отыскала в шкафчике легкие светло-зелёные шорты и, натянув их поверх мокрых трусиков, побежала к двери. Подвинув к двери табуретку, Света вскочила на неё и посмотрела в глазок. Звонила её лучшая подруга Аня.

Света открыла дверь.

— Привет, где пропадаешь? — сказала Аня, входя в квартиру.

— Да так, — ответила Света, — в инете висну, а сейчас спала.

— Ой, я тебя разбудила?

— Да не, всё нормально.

Света лихорадочно думала — скрыть от подруги то, чем она сегодня занимается — или признаться. После минутного раздумья она склонилась ко второму варианту. Во-первых, Ане можно было довериться, а во-вторых, насколько помнила Света, Аня никогда не стеснялась писать при ней — хоть в песочнице, хоть во время игры в снежки.

Тем временем Аня уже прошла в зал.

— Ой, Светка, а чё это у тебя тут так всё мокро? — удивилась она.

— Да я тут развлекаюсь, — ответила Света. — Хочешь, покажу?

Не дожидаясь ответа, она встала посреди зала и принялась писать стоя прямо в свеженадетые шорты. Мочи за вторую половину дневного сна накопилось порядочно, и Света в который уже раз за сегодняшний день наделала большую лужу.

Аня открыла рот от изумления.

— Свет, тебя ж родители убьют! — воскликнула она.

— Ничего не будет, — ответила Света, топчась в теплой луже, — они только в ту субботу приедут, а до этого времени я всё уберу.

— А можно, и я так же попробую? — с восторгом произнесла Аня.

— Конечно, спрашиваешь!

Аня немного выгнулась назад, закрыла глаза и сосредоточилась. Несколько секунд ничего не происходило, затем её джинсы чуть-чуть намокли в области промежности.

— Не идёт что-то, — произнесла она и чуть тише добавила: — Я стесняюсь…

— Да ладно тебе, — улыбнулась Света, — смотри на меня и делай, как я! — она расслабилась и выпустила ту небольшую порцию мочи, которая уже успела накопиться в мочевом пузыре со времени последнего писа. Со Светиных шортиков снова закапало.

Аня по примеру Светы немного расставила ноги, потом закрыла глаза и попыталась полностью расслабиться. Наконец процесс пошёл. Сначала у Аниных джинсов намокли внутренние поверхности бедер, потом — голеней и, накец, под Аней начала растекаться лужа. Она, правда, была не такой большой, как под Светой.

— Класс! — заявила Аня и, сжав рукой джинсы в области промежности, выжала из них несколько капель. — Ой, блин, а как я теперь домой пойду?

— А зачем тебе домой идти? — сказала Света. — Оставайся у меня, будем развлекаться дальше. Аня прыснула от смеха, но не могла не признать, что развлечение ей очень понравилось.

— Так я теперь долго не захочу! — сказала Аня.

— Это мы мигом исправим! — Света отправилась на кухню и вскоре вернулась с двухлитровой бутылкой «кока-колы» и двухлитровой пачкой сока «мультифрукт». Она тут же налила Ане стакан сока.

— Пей! Не заметишь, как опять захочешь!

Аня выпила стакан сока. Света налила ей ещё и побежала на кухню за вторым пустым стаканом для себя. За каких-нибудь полчаса девочки прикончили сок и принялись за кока-колу.

— Ну, как? — спросила Света, допивая первый стакан.

— Пока не хочется, — пожала плечами Аня.

Аня стянула джинсы и осталась в мокрых трусиках. Писать ей пока хотелось не слишком сильно. Света запустила на компьютере «Ранеток», и девочки уселись смотреть сериал. К концу первой серии Света призналась, что ей уже тяжело терпеть. Низ её живота порядочно округлился. Света откинулась на спинку дивана, раздвинув ноги. Аня села примерно так же, хотя чувствовала, что вполне может терпеть.

Они досмотрели вторую серию, затем третью, заодно допили весь сок…

Света зевнула. — О, уже двенадцать, — заметила она. — Давай сейчас спать пойдём. Твои в курсе, что ты у меня остаёшься?

— Ага, я уже давно маме эсэмэску скинула.

Света допила очередной стакан сока. — Только ты смотри ночью в туалет не вставай, писай прямо в постель.

Аня со смехом кинулась в спальню. Девочки улеглись рядом, накрылись вдвоём одним большим одеядом и сразу же уснули.

Сказать, что наутро постель под Аней и Светой была мокрой, значило ничего не сказать. Создавалось впечатление, что на неё вылили пару ведер воды. Света точно помнила, что писалась в половине второго, потом около трёх ночи. Ещё раза два или три она описалась под утро, но делала это в полусне, даже не посмотрев время на сотовом.

Света поёрзала попой в большой луже и толкнула в бок Аню:

— Признавайся, сколько раз описалась?

— Раз пять или шесть, — ответила та. — Прямо как прорвало! Хорошо, что в туалет ходить не надо было, а то бы я и не поспала.

После этого девочки зашлись в приступе бурного смеха. Их ждал новый день, полный развлечений…

FILED UNDER : Статьи

Submit a Comment

Must be required * marked fields.

:*
:*